Совет при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека — Вики

5 октября 2009 года Совет опубликовал заявление, в котором осудил действия активистов движения «Наши», направленные против Александра Подрабинека в связи с его статьёй «Как антисоветчик антисоветчикам». В заявлении, в частности, говорится: «Совет считает незаконной и аморальной кампанию травли журналиста Александра Подрабинека, организованную безответственными авантюристами из МДАД „Наши“». Совет находит в действиях движения «Наши» признаки экстремизма: «Кампания травли журналиста явно выходит за рамки действующего законодательства и содержит очевидные признаки экстремизма…». Совет также указывает на неправомерность требований движения «Наши», в частности, требование о выезде Подрабинека из страны противоречит положению Конституции РФ, «которая гарантирует каждому право выбирать место пребывания и жительства (ст. 27)»^[8].

Первоначальный вариант заявления, выложенный на официальном сайте Совета и растиражированный в интернете, не содержал положений о том, что Совет осуждает откровенные высказывания Подрабинека. Однако в дальнейшем заявление было отредактировано (по некоторым данным, после звонка Элле Памфиловой, поступившего от высокопоставленного чиновника) и в него были включены реплики о том, что Совет не согласен с позицией Подрабинека и считает её оскорбительной для ветеранов^[9].

Заявление было встречено неоднозначно. Некоторые члены Совета заявили о своём несогласии с позицией, высказанной от имени Совета его главой Эллой Памфиловой без учёта мнения других членов^[10]. Среди них тележурналист Алексей Пушков, Владимир Легойда, глава Национального фонда развития здравоохранения Елена Николаева, российский кинорежиссёр и писатель Сергей Говорухин. Комментируя ситуацию Елена Николаева заявила следующее:

К сожалению, о том, что такое заявление появилось, я узнала, можно сказать, только из газет и информагентств. Лично со мной как с членом Совета текст не согласовывался и на последнем заседании Совета, где я присутствовала, это заявление не принималось^[11].

Сергей Говорухин, ранее в открытом письме обвинивший Подрабинека в моральной уродстве, подлости и скотстве^[12], отозвал свою подпись под обращением^[13].

С критикой Эллы Памфиловой по данному вопросу выступили многие общественные и политические деятели, в том числе директор Центра политической конъюнктурыАлексей Чеснаков (председатель Общественного совета Президиума Генерального Совета партии «Единая Россия» по взаимодействию со СМИ), лидер правозащитного движения «Сопротивление» Ольга Костина (член Комиссии по работе с общественными организациями при Президиуме Генерального совета партии «Единая Россия», супруга зампредседателя ЦИК «Единой России» Константина Костина)^[14], правозащитник Александр Брод, депутат Госдумы от «Единой России» Андрей Исаев, главный редактор журнала «Эксперт» Валерий Фадеев^[11]. Так, по мнению последнего, Совет, возглавляемый Эллой Памфиловой, ведёт себя странно и неестественно, поскольку, будучи:

…органом, который по своему предназначению должен способствовать предотвращению или затуханию конфликтов, выступать независимым арбитром в спорах гражданских институтов, вдруг категорично становится на позиции одной из сторон. И этим только разжигает конфликт. Кроме того, история с заявлением, сделанным от имени Совета, но, как выяснилось, без согласия отдельных его членов, тоже выглядит абсурдной^[15].

Бывший пресс-секретарь движения «Наши», а ныне депутат Государственной Думы Роберт Шлегель внёс на рассмотрение нижней палаты парламента предложение по смещению Памфиловой с занимаемого поста^[11]. В своём блоге член комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи выступил с резкой критикой позиции Э. Памфиловой^[16]. 6 октября 2009 года лидер движения «Наши» Никита Боровиков опубликовал ответ на заявление Совета, в котором заявил, что, по его мнению, обвинения в адрес движения безосновательны^[17]. По результатам прокурорской проверки по заявлению Эллы Памфиловой нарушений законодательства в действиях движения «Наши» выявлено не было^[18].

Егор Холмогоров:

Его долго выбирали, с помощью интернета, наконец выбрали со страшным скандалом. Оттуда отсеяли массу реальных правозащитников, зато пригласили официальных иностранных агентов, существующих на зарубежные гранты, и отставных телезвёзд. <…> Не так уж часто встречаются эти господа с президентом. Они решили использовать этот разговор для обсуждения с Путиным действительно «важной» темы «Верните нас в ящик!». В стране нет более важной проблемы с правами человека чем отсутствие у Парфёнова, Сванидзе и других либеральных тележурналистов достаточных возможностей ругать власть. Нет чтобы сеять разумное, доброе, вечное^[19].

Журналист Максим Шевченко, бывший членом Совета в 2022—2022 годах, так охарактеризовал его деятельность^[20]:

Вся деятельность совета превратилась в открытие никому не нужного ОТР и Мемориала жертвам памяти политических репрессий. Но никаких конкретных действий по защите прав человека я не припомню

Шевченко отметил следующее^[20]:

Судья Конституционного суда Российской Федерации в отставке Тамара Морщакова (она была членом Совета несколько созывов) так оценила итоги работы Совета^[21]:

К сожалению, не могу похвастаться какими-либо системными преобразованиями, принятия которых нам с коллегами удалось добиться от власти. Этим никто не может похвастаться, думаю. Максимум, что удавалось, — решать более конкретные задачи. Но и это хорошо! Например, нам удалось все-таки убедить с помощью Людмилы Михайловны Алексеевой главу государства сколько-то восстановить компетенции суда присяжных. Теперь он действует в инстанциях разного уровня. Заключения СПЧ стали затребоваться и заслушиваться Конституционным судом РФ. Его экспертизы по судебным делам используются адвокатами. А частично и своей заслугой я считаю тот факт, что удалось пока сохранить некоммерческую независимую адвокатуру, не дать превратить её в подобие бизнес-структуры. Но это лишь несколько примеров в правовой области. Считаю, что СПЧ удалось сделать немало. Иногда слова бывают не менее важны. Одно то, что совет озвучивает идею несостоятельности нынешней правоохранительной деятельности в стране, можно считать достижением. А ведь заявлено не только об этом, но и о необходимости включения в правоохранительную систему новых институтов, таких как следственный судья или уполномоченный президента, который назначался бы для исследования и решения конкретных конфликтных ситуаций в правоохранительной сфере. Такие реформы давно назрели и СПЧ их озвучил…

По мне, так он [Совет] был очень активен. Проанализируйте объём рекомендаций, число законопроектов и заключений, которые были направлены в разные инстанции этим органом, действующим на общественных началах. А если ему что и мешает, то разве что тот факт, что его посылы в сторону власти оставались чаще всего без реакции. Многие инициативы совета, направленные на судебную реформу, не были реализованы — они оглашались с завидным постоянством, но власть, оценивая их обычно устами тех, кого предлагается реформировать, больше никак на это и не реагировала

Аббревиатура СПЧ может означать: