«Литературный негр» из Минска: «Я писал под раскрученным именем для московского издательства»

Рассказ человека, который пишет под именами известных писателей, о современном издательском конвейере в России.

Литературные негры, книггеры, писатели-призраки (гострайтеры) — так называют людей, которые пишут книги за известных авторов. Наработав читателей, многие популярные писатели ограничивают свою деятельность походами на светские приемы и больше писать не берутся, предоставляя работу выходцам из филологических факультетов.

О рынке литературы на продажу телеканалу «360» рассказал один из гострайтеров с 20-летним стажем. Ее зовут Анастасия, она написала более 80 книг, которые были изданы под известными именами. По ее словам, популярные детективы она пишет за неделю, после чего они попадают на полки книжных магазинов в раздел «бестселлеры». На исторические книги уходит около месяца. А фантастику для известных популярных писателей придумывает отдельный круг литературных негров-фантастов.

Как устроен рынок, как на него попасть, сколько платят и почему молодые писатели не издаются под собственными именами? С разных сторон о современном издательском бизнесе телеканалу «360» рассказали литературный негр Анастасия и критик Эдвард Чесноков.

Фото: Public domain

«Три мушкетера» написал не Дюма — история литературного рабства

Отцом-основателем гострайтинга считается Александр Дюма-отец. Идут споры о том, что существенная часть его романов была написана при участии другого человека, Огюста Маке.

«Маке писал сюжетную основу, а Дюма добавлял диалоги. По такой системе они работали и над книгой «Три мушкетера», и «Граф Монте Кристо». Они затем судились между собой, Маке просил признать свое авторство, но в итоге проиграл суд», — рассказывает Чесноков.

Фото: Public domain

Первое время к услугам таких авторов прибегали известные люди, которые хотели издать автобиографии, но «не дружили с пером». Затем наем писателей, отказывавшихся от авторства, стал обыденностью, как того требовала индустрия.

Для издательства имя писателя — это проект, проще создать пиар для одного человека и радовать читателей его новыми произведениями раз в два месяца, чем раскручивать 10 молодых авторов, которые выпускают одну-две книги в год, утверждает критик. Нередко, видя успех своих произведений, изданных под чужим именем, молодые авторы пытаются судиться.

«Здесь невозможно судиться, потому что все авторские права соблюдены, и они закреплены на другом авторе. Договор составлен так, что ничего не получится, если ты передумал», — делится Анастасия.

Фото: Public domain

Кто из современников пользуется литературными неграми

Чужое авторство практически не доказуемо. Авторов специально подбирают по слогу, кроме того, они намеренно копируют стиль писателя, говорит Анастасия.

«Если это неизвестный автор, и ничего не писал — это довольно тяжело, ведь нужно изучить его биографию. Мы просматриваем социальные сети, мы должны понимать психотип человека и то, что он может выдать», — описывает механизм своей работы автор Анастасия.

Кто пишет сам, а кто пользуется чужими услугами — можно судить лишь по слухам.

«Есть негласное правило, если человек пишет более двух крупных книг в год, то стоит задуматься — а он ли автор. Особенно, если не прослеживается оригинальный литературный стиль», — считает критик.

Не раз в интернете пытались уличить в найме «книггеров» и Александру Маринину, и Дарью Донцову, и Виктора Пелевина. Также под сомнения критиков попадали труды Андрея Воронина, Татьяны Поляковой, Марины Серовой, Полины Дашковой и Стивена Кинга.

Фото: Public domain

Доказано было лишь то, что автор детективов Марина Серова — литературная маска. Впрочем, интригу здесь раскрыл сам издатель, когда число книг Серовой перевалило за пять сотен. И несуществующую «выпускницу юрфака МГУ, сотрудницу одной из спецслужб, участвовавшую в боевых операциях» стало невозможно скрывать. Кстати, среди известных писателей есть и те, кто сам писал за автора. В свое время за других писали книги Александр Куприн, Илья Ильф и Евгений Петров.

Как становятся литературными неграми

Среди гострайтеров большое количество выходцев с журфаков и филологических факультетов. В конвейер все попадают разными путями, в основном по рекомендациям.

«Я начала довольно рано, школу закончила в 14 экстерном и поступила на исторический факультет, а со второго курса начала одновременно учиться на журфаке МГУ. Тогда различные СМИ обязаны были брать студентов на стажировку, а многие СМИ принадлежат издательствам. Во время одной из таких стажировок мне и предложили работу, как вы говорите,»негром». Она оказалась более высокооплачиваемой, чем журналистская деятельность, и я в этом бизнесе уже более 20 лет», — рассказывает свою историю Анастасия.

Фото: Public domain

«Этот рынок крайне закрыт и узок, и если издательство будет размещать напрямую в интернете сообщение о найме „литературных негров“ — это будет скандал, поэтому все в основном по знакомству», — подтверждает Чесноков.

Однако сейчас можно найти вакансии от издательств, которые ищут авторов, пишущих в определенных жанрах. И речь в них, скорее всего, именно о работе «на заказ». Ведь в каждой редакции и так лежат множество неизданных книг, которые каждый день присылают молодые писатели в надежде на публикацию.

Фото: Public domain

Фото: Public domain

Сколько платят авторам и как попасть в бизнес

«Мы все состоим в базе литературного агентства, выбор делает будущий „писатель“. Если наш слог подходит, то неважно, что ты написал, какое у тебя имя, какой стаж работы. Успехом у заказчиков часто пользуются совсем молоденькие ребята, у которых нет никакого резюме, в большинстве своем каждый из нас имеет высшее образование, и часто не одно», — рассказывает о внутреннем устройстве бизнеса Анастасия.

Гострайтеры редко работают напрямую с авторами, от лица которых будет издано произведение. Чаще всего они трудятся на условиях фриланса в одном из издательств, которым заказывают книгу, или числятся в штате крупных СМИ. Работа удаленная, из дома.

«Конечно, прекрасно пишется на берегу океана, но у меня четверо детей, поэтому мои писательские будни проходят в одной из серых московских квартир», — говорит Анастасия.

«Зачастую наемные авторы работают бригадами, это поточное производство, — сообщает литературный критик, — один отвечает за сюжетную линию, второй за диалоги, третий пишет сцены в прокуратуре, четвертый — эротические сцены, пятый сводит все эти куски воедино. Таким образом, книга создается за пару месяцев, каждый из участников „бригады“ получает от 35 до 50 тысяч рублей за один авторский лист».

Один авторский лист, их называют «алками», — это 40 тысяч знаков, или около 24 страниц стандартного текста 12 размера шрифта. Анастасия свой гонорар называть отказалась из этических соображений: «Все зависит от автора и от загруженности, все получают по-разному. Но мне этой зарплаты хватает на то, чтобы безбедно жить и не думать о том, чье имя стоит на моей книге».

Как «литературные негры» работают над книгой

Иногда авторам присылают синопсис — краткое изложение содержания и сюжетных поворотов, а иногда пишут c нуля. Если имя писателя, для которого пишут, уже известное, райтеры стараются копировать стиль письма. Если это автобиография известной личности, то сначала тщательно изучают человека и его страницы в интернете и прикидывают, о чем он мог бы написать и в какой форме, утверждает Анастасия.

Иногда авторы обрабатывают наговоренный на диктофон материал.

«Мы пишем сначала несколько глав, посылаем их на утверждение, если все устраивает, то следующая стадия — уже готовая книга. Деньги получаем только за полностью готовый материал постфактум, — рассказывает Анастасия. — У меня не было такого, чтобы книги не принимали. И мы не несем никакой ответственности за „провал“ книги в продаже, это отдельно прописано в договоре».

Договор о неразглашении

Все авторы подписывают договор о неразглашении сроком на три года, но, как правило, и дальше они молчат о своем авторстве, предпочитая не терять заказчиков.

«На первых порах, я, конечно, рассказывала родственникам, они читали написанные мной, но изданные под чужим именем книги. Но сейчас все относятся к этому просто как к работе, тем более никто в моей семье не любит детективы, которые я пишу довольно часто», — рассказывает Анастасия.

Истории разоблачений случаются не часто, как правило, из-за нарушений соглашения. Например, телеведущего Валерия Комиссарова заложил один из его авторов, с которым заказчик не расплатился, и сделал это еще до выхода книги. В итоге дебют телеведущего в качестве писателя был сорван, правда, он выиграл иск против настоящего взбунтовавшегося автора.

Почему они не начинают самостоятельную карьеру

«Просто у меня нет таких писательских амбиций. Когда это рассматриваешь как работу, то лавровый лист за твою книгу на чужой голове не обиден. Ну, а если, конечно, размышлять о жизни, покуривая на балконе, то иногда может быть и появляется чувство несправедливости. Все люди в большинстве своем работают на имидж какого-то дяди, например, пиар-менеджер создает репутацию фирме, а популярность достается владельцу, но никому в голову не приходит обижаться, в данном случае я к этому также отношусь. Хотя есть много авторов с амбициями, и некоторые действительно очень талантливые и недооцененные», — отвечает на вопрос Анастасия.

Для издателей имя автора — это бренд. Раскручивать много брендов экономически невыгодно — кто знает, какой из них завоюет любовь читателя. Большие риски из-за творческих кризисов тоже никто не отменял.

«Стать самостоятельным автором, чье имя красуется на обложке, всегда было сложно. Любой успешный писатель — это пиар-проект. И вы не поверите, сколько миллионов рукописей лежат во всех издательствах. Там все коридоры завалены коробками, и когда их становится слишком много, рукописи отправляют на утилизацию. В основном это, конечно, произведения графоманов. Так что, по сути, у писателей лишь два пути: либо писать в стол, либо заводить знакомства и хвалить других авторов, чтобы те хвалили писателя. И таким образом пробивать себе дорогу», — считает критик Эдвард Чесноков.

Дарья Дементьева, Светлана Чудина, Олег Городничий