Директор по сооружению аэс в венгрии александр хазин: «пакш похож на российские атомные города»
Важное событие в Венгрии: регулятор принял пакет документов для лицензирования строительства двух блоков с реакторами ВВЭР‑1200 поколения III . О том, что будет дальше, рассказывает старший вице-президент ИК «АСЭ» — директор проекта по сооружению АЭС «Пакш-2» Александр Хазин.
— Зачем Венгрии АЭС «Пакш‑2»? Каково ее значение для энергетики страны?
— На станции «Пакш», построенной по советскому
проекту, работают четыре блока серии ВВЭР‑440. Первый был запущен еще
в 1983 году. Прошло уже больше 30 лет. Срок эксплуатации
продлили, но все блоки должны быть остановлены к 2030-м годам. Сейчас
они производят около 50 % электроэнергии в Венгрии. Новые, поколения III
c ВВЭР‑1200, заместят выбывающие мощности и увеличат долю
безуглеродной генерации в энергобалансе Венгрии до 60 %.
Атом — надежный «зеленый» источник, предотвращает выбросы
углекислого газа и других загрязняющих веществ в атмосферу. Еще один
плюс — за счет большей выработки на блоках с ВВЭР‑1200
страна будет менее зависима от импорта электроэнергии.
— Венгрия импортирует электроэнергию?
— Да, часть электроэнергии закупается в соседних
странах.
— Как построен процесс лицензирования? Право на что получит «Росатом» от регулятора?
— Мы с компанией-заказчиком Paks II подготовили
лицензионный пакет, 30 июня его передали Hungarian Atomic Energy
Authority. Регулятор будет рассматривать документацию в течение
12 месяцев. Может потребоваться еще три месяца: HAEA намерен привлечь
международных экспертов по линии МАГАТЭ.
В пакет включен предварительный анализ безопасности
энергоблоков, документы, описывающие российскую технологию ВВЭР‑1200, лицензии,
которые мы уже получили: по экологии, электрике, размещению блоков, сетям.
Через 15 месяцев — как мы ожидаем, осенью
2021 года, — регулятор выдаст лицензию на сооружение двух
блоков.
— Чем вы займетесь, пока HAEA проверяет документы?
— О, это насыщенный период. С венгерскими коллегами мы
будем обрабатывать дополнительные запросы регулятора. Его консультируют
европейские партнеры, и они, как правило, задают сложные вопросы
по технологии, обоснованию безопасности. Если вовремя не отвечать,
регулятор имеет право отложить рассмотрение. Мы в начале большого
пути.
— Какие-нибудь работы на площадке сейчас идут?
— Мы сооружаем строительно-монтажную базу, готовим рабочую документацию. По ней подрядчики будут строить. Объектов много: ядерный остров, турбинный остров, вспомогательные здания и т. д. Генпроектировщик — санкт-петербургский «Атомпроект». У него свои подрядчики, российские и венгерские.

— К какому сроку должна быть готова рабочая документация?
— Пакет, необходимый для начала строительства, — к осени
2021 года. Одномоментно всю ее выпустить невозможно. У нас
лицензионных документов 283 тыс. страниц, это по площади больше, чем
два футбольных поля. А рабочей документации обычно раза в четыре
больше. Часть рабочей документации мы получим от «Атомпроекта» уже
в нынешнем году, остальное — за полгода до каждого
следующего этапа, по графику.
— Референтные для «Пакша‑2» — блоки Ленинградской АЭС‑2. Проекты одинаковые или есть разница?
— В обоих учтены все постфукусимские требования и рекомендации
МАГАТЭ. Но венгерский проект адаптирован под местную
гидротехнику — схема гидросооружений полностью другая, геологию,
климатические условия, требования безопасности. На новых блоках мы
передадим только ограждение, а всю систему физзащиты заказчик выстроит
сам. В Венгрии защита организована на очень высоком уровне. Это
аккуратная страна, делают все по процедуре. Потому и удалось
завершить вовремя перевод, независимую экспертизу. Нам помогали
78 экспертов из местных компаний — ответы на вопросы,
корректировки, информационный обмен.
— Вы говорили, на площадке возводится строительно-монтажная база.
— Да, работы начались. Это свыше 100 объектов, которые
обеспечивают само строительство. Основные — ограждения, дороги,
освещение, здание подрядчиков, бетонный завод, цех по изготовлению
армокаркасов и гидроизоляции, электромонтажные, тепломонтажные цеха.
В следующем году начнем земляные работы и укрепление грунта под
основные объекты.
— Расскажите об укреплении грунтов подробнее.
— Определение несущей способности грунтов — одно
из обязательных исследований. Наши изыскатели выяснили, что грунты
в береговой зоне Дуная надо укреплять под основными зданиями
и сооружениями, и предложили технологию deep soil mixing — глубинного
смешивания. С ее помощью укрепляется пространство между устойчивыми
коренными породами и основанием фундамента.
Мощные буросмесительные установки подают на глубину
23 м цемент — до 300 кг на кубометр грунта.
Формируются твердые колонны. Они пересекаются, в итоге создается
грунтоцементный массив, на который опирается фундамент. Мы использовали
такую технологию в Бангладеш, она себя хорошо зарекомендовала.
— Когда планируете первый бетон?
— Пока воздержусь от ответа.

— Вы уже ведете контрактацию?
— Разыгрываем работы по возведению объектов
строительно-монтажной базы, часть контрактов уже заключена.
В 2021 и 2022 годы разыграем лоты на основные здания
и сооружения.
Весной этого года мы планировали семинар для поставщиков
в Будапеште, из-за коронавируса провели вебинар. Его организовал «Русатом
Международная сеть» и Академия «Росатома». Участвовало несколько десятков
потенциальных поставщиков и подрядчиков из Венгрии, Чехии, Франции,
Бельгии и России. Мы рассказали о правилах закупок по стандартам
«Росатома» и о том, как подавать документы. Вся информация
о конкурсах публикуется на международных торговых площадках.
Мы уже законтрактовали
ядерно-энергетическую установку, изготовит ее «Атомэнергомаш».
Турбину — СП «Атомэнергомаша» и General Electric, сам
контракт заключен с венгерской «дочкой» GE. АСУ ТП поставит
франко-немецкий консорциум Framatomе и Siemens. Договор на ловушку
расплава заключили с «Энерготексом» из Курчатова. «Пакш‑2» — международный
проект, хотя доля товаров, работ и услуг российского происхождения
в нем будет больше европейской.
— В Венгрии строгие экологические требования?
— Они строгие, но экологическую лицензию заказчик получил
два года назад. Он готовил документы, уточнял требования местного
законодательства, разрабатывал мероприятия по исполнению этих требований.
— Где будут обучать персонал для новой станции?
— На АЭС «Пакш» прекрасный учебный центр, туда приезжают
атомщики из других стран. Но в рамках ЕРС-контракта мы должны
построить еще один, с полномасштабным тренажером — симулятором управления
станцией: технология новая, блоки другие. Мы планируем начать на рубеже
2022–2023 годов и сдать центр в эксплуатацию в 2024–2025
годы.
— Персонал на площадку уже нанимаете?
— У нас небольшой, около 50 человек, офис в Москве
и основной в Венгрии. Там уже работают около 100 человек,
35 — граждане Венгрии и других стран Европы. В этом году
мы из-за коронавируса приостановили наем, но к концу следующего года,
надеюсь, количество сотрудников в венгерском филиале вырастет почти вдвое.
— Кого будете брать?
— Инженеров, экологов, строителей. Обслуживающего персонала уже
достаточно. Язык общения, равно как контракта и всей
документации, — английский. Документы для лицензирования —
на английском и венгерском.
— С переводами сложно было?
— Над переводом лицензионной документации в течение года
работали около 50 человек. Сложно было найти переводчиков
венгерского — это редкие кадры, особенно если учесть, что нужен
технический венгерский. Человек должен разбираться в содержании.
— На сроки строительства эпидемия не повлияет?
— Пока не повлияла.
К счастью, ни один наш сотрудник не заболел. Документацию мы
сдали вовремя, хотя три месяца общались с представителями заказчика
исключительно дистанционно, через защищенную информационную систему.
В электронном виде и подали регулятору документы — все
283 тыс. страниц.
— Как в Венгрии относятся к России, русским?
— Пакш — центр
энергетической промышленности не только своего региона, Тольны,
но и в целом страны. Новая АЭС — стимул
экономического развития: будут задействованы организации по строительству,
перевозке, торговле, размещению. В Венгрии этого проекта ждут, и мы
выстраиваем с администрациями разных уровней партнерские отношения.
Если говорить
о локальных культурных и социальных проектах, то мы, например,
участвуем в фестивале «Гастроблюз». Много вкусной еды и красивой
музыки. Мы приглашаем наших артистов, готовим наши вкусности: блины, борщ,
пельмени.
Есть еще идея
восстановить часы в одном историческом здании. Поддерживаем отношения
с православными приходами, пока обсуждаем формы помощи.
Душераздирающая перспектива атомной отрасли страны-бензоколонки.
Вот мы с вами наконец и добрались, собственно, до родного Росатома, до этой сосредотачивающейся и во всю развивающейся мышцы нашей Госсущности. Промыли косточки конкурентам, иногда, даже можно сказать, с накалом, на уровне злого сарказма. Но то — естественная реакция на лапотную отсталость и дремучесть, что так усиленно натягивают на нас в своей вместо-реальности спарринг-партнёры. Главное – всё было объективно, а уж какой прожектор Пэрис Хилтон включать для освещения реальности, нам самим решать.
Итак, мы хорошо видим, сколько реакторов строят (домучивают) основные планетарные атомные игроки. А теперь – занавес. В настоящее время «Росатом» строит за рубежом 29 атомных блоков, включая АЭС «Аккую» в Турции, вторую очередь АЭС «Бушер» в Иране, «Куданкулам» в Индии, вторую очередь Тяньваньской АЭС в Китае. Финны вот, намучившись с французами (
http://gor-kazenas.livejournal.com/26309.html
) в декабре 2022 г подписали контракт на сооружение одноблочной АЭС «Ханхикиви-1» с реактором ВВЭР-1200. Идут подготовительные работы на площадке в соответствии с графиком, утвержденным заказчиком АЭС – компанией Fennovoima. Ведутся буровзрывные работы и выемка грунта для сооружения котлована. Проведены мероприятия по углублению дна портового бассейна. Ожидается, что Fennovoima получит лицензию на строительство АЭС в 2022 году. Начало непосредственного возведения станции запланировано на 2022 год, начало коммерческой эксплуатации – на 2024 год.
Двадцать девять строящихся! Первое место в мире, лидер, ушедший в недостижимый отрыв! Весь же портфель зарубежных заказов включает 34 блока в 12-ти странах. А как сообщил на прошлогодней «Атомэкспо» замглавы «Росатома» Кирилл Комаров: «В среднесрочной перспективе контракты могут быть подписаны ещё на 64 блока АЭС». Как вам сопоставимость масштабов с конкурентами! Запомните эту эмблему, она уже становиться нашей мировой визитной карточкой, а через пару-тройку десятилетий станет известна в любом уголке земного шара, не исключая каких-нибудь Зимбабве и Сомали. Почему и там – станет понятно ниже.

Причём, думаю, именно на кириллице, какой бы это фантастикой сейчас не казалось. Настолько мир в ближайшие десятилетия вывернется наизнанку.
В самой России, до 2030 года будут построены восемь крупных АЭС
1. Кольская АЭС-2, 1 блок ВВЭР-600. Итого 675 МВт.
2. Центральная АЭС, 2 блока ВВЭР-ТОИ, по 1255 МВт. Итого 2510 МВт.
3. Смоленская АЭС-2, 2 блока ВВЭР-ТОИ, по 1255 МВт. Итого 2510 МВт.
4. Нижегородская АЭС, 2 блока ВВЭР-ТОИ, по 1255 МВт. Итого 2510 МВт.
5. Татарская АЭС, 1 блок ВВЭР-ТОИ, по 1255 МВт. Итого 1255 МВт.
6. Белоярская АЭС, 1 блок БН-1200. Итого 1200 МВт.
7. Южноуральская АЭС, 1 блок БН-1200. Итого 1200 МВт.
8. Северская АЭС, 1 блок БРЕСТ-300. Итого 300 МВт.
На всех 8 АЭС — блоки новых типов, ранее не строившихся. Новинки, сыплющиеся из этого российского атомного рога изобилия, становятся потихоньку привычными:
5 августа 2022 г. инновационный энергоблок поколения «3 » Нововоронежской АЭС был включен в сеть и выдал первые 240 МВт в энергосистему страны. Самый мощный в России и не имеющий аналогов в мире ВВЭР-1200.
В 2022 году был построен «быстрый» реактор с натриевым теплоносителем БН-800, 15 апреля 2022 были закончены его испытания на мощности в 85% от номинала (730 Мвт), осенью того же года его вывели уже на 100% мощности .
Итого 6(!) новых типов АЭС менее чем за 20 лет: БН-800, ВВЭР-1200, ВВЭР-600, ВВЭР-1300-ТОИ, БРЕСТ-ОД-300, БН-1200! Вспомним: сколько разработали и построили новых типов АЭС, к примеру, в США? За 40 лет всего один новый проект — АР1000. Про сроки и прочее, мы с вами проходились в праведном сарказме тут http://gor-kazenas.livejournal.com/25358.html и тут https://gor-kazenas.livejournal.com/25710.html. Для сравнения: Нововоронежский ВВЭР-1200 также начали строить в 2008 году, но уже подсоединили к ЕЭС России 5 августа 2022 года.
Кстати, из перечисленного ВВЭР-600 – не что-то старое, это тоже новинка: реактор постфукусимской технологии поколения III средней мощности. Там, где учтено всё, даже аварийное выплавление опасной радиоактивной массы в землю, где она останавливается специальными чашами-уловителями. То, на чём погорели японцы, отравив себе грунтовые воды и прилегающую океаническую акваторию.
Дома у нас существует насущная потребность в таких атомных энергоблоках средней мощности. Особенно в регионах со слабо развитой сетевой инфраструктурой, в удаленных районах, куда доставка топлива извне затруднена. Тут и на мировом рынке – конь не валялся, и мы эту нишу оседлаем. Вполне доступно и для стран с невысоким экономическим потенциалом. Особенно с учётом постепенного истощения мировых запасов углеводородов.
Но, как известно из печального опыта спарринг-партнёров — надо сначала построить соответствующий первый, так называемый референтный (эталонный) энергоблок дома. Вот тут всплывает главенство энергетической составляющей в связи с территориями ускоренного развития, создаваемыми с нуля промышленными кластерами и роль во всём этом Росатома. Кольский полуостров был выбран для размещения этого нового энергоблока потому, что тут будут реализованы крупные инвестиционные проекты.
Но не обойдём мы и вниманием совсем бедные страны. Для того и разработан в НИКИЭТ (Научно-исследовательский и конструкторский институт) проект малой АЭС на колесах. Да и самим, как воздух нужен.
Думаю, для такой организации, с её-то потенциалом, это не было непосильной задачей. НИКИЭТ – это не только проектировщики реактора на быстрых нейтронах со свинцовым теплоносителем БРЕСТ-300, многоцелевого исследовательского реактора на быстрых нейтронах МБИР. Сотрудники НИКИЭТ разрабатывают и испытывают прототипы для международного проекта экспериментального термоядерного реактора ИТЭР. И именно тут ждут заказчиков на созданные проекты транспортабельных АЭС малой мощности, на АЭС «Шельф» и «Шельф-10», здесь создан не имеющий аналогов в мире газоохлаждаемый реактор малой мощности «АТГОР»
Приведённый выше список не учитывает уже строящиеся у нас АЭС.
Уже строящиеся АЭС:
1. Балтийская АЭС, ВВЭР-1200. Итого 1200 МВт. Строительство приостановлено. Было заморожено почти пять лет. Поэтому пока не учитываем. Кислород нам по сбыту её электроэнергии в Европу весьма качественно в своё время перекрыли. Но сейчас начинаются подвижки в этом вопросе. Тут общая тенденция, как и с Северным потоком 2. А Литва, грудью своего президента (не знаю, правой или левой) преграждающая путь этому проекту, пролетает как фанера над Парижем…
2. Ленинградская АЭС-2, 4 блока ВВЭР-1200 по 1170 МВт. Итого 4680 МВт.
3. Нововоронежская АЭС, 2 блока ВВЭР-1200. Итого 2400 МВт. (Первый ВВЭР-1200 уже построен и дал электроэнергию для ЕЭС страны 5 августа 2022, однако доступна статистика за 2022, которой мы и пользуемся, где его ещё нет).
4. Ростовская АЭС, 1 блок ВВЭР-1000, 1100 МВт. Итого 1100 МВт.
5. Курская АЭС-2, 4 блока ВВЭР-ТОИ по 1255 МВт. Итого 5 010 МВт. Данная АЭС находится на самых ранних этапах строительства. Блоки будут сдаваться в 2021, 2023, 2026 и 2029 гг.
6. Плавучая АЭС «Академик Ломоносов», которую ждет Певек – две реакторные установки ледокольного типа КЛТ-40С по 35 Мвт электрической мощности. Итого – 70 Мвт. Первая в мире плавучая атомная теплоэлектростанция (ПАТЭС). Огромный экспортный потенциал, особенно для небогатых стран. Аналогичные реакторные установки имеют большой опыт успешной эксплуатации на атомных ледоколах. Плавучий энергоблок сооружается промышленным способом на судостроительном заводе и доставляется к месту размещения морским путем в полностью готовом виде.
И того, за период с 2022 по 2030 гг. будет построено 22 энергоблока и 25,36 ГВт мощностей.
Но надо учитывать закрывающиеся, отработавшие свой срок блоки. Тут мы попадаем в сложный период. До этого, с 1991 по 2022 гг мощности за счёт заглушаемых блоков уменьшились всего на 706 МВт – 0,706 ГВт. (6 — Обнинская АЭС, 500 — Сибирская, и на 200 МВт — 1 блок ЛАЭС)
Как был скачёк в Советском атомном строительстве, так и придёт пик закрытий, даже немного раньше планового. Запущенные тогда РБМК-1000 не потянут все 60 лет эксплуатации на полной отдаче. На них износ графитовых стержней начался несколько раньше. “Первый заместитель главы концерна Владимир Асмолов заявил, что деградация графита на этих реакторах должна была начаться через 40-45 лет эксплуатации. Первый энергоблок ЛАЭС, введенный в 1973 году, уже достиг этого возраста, но на нем проблемы с графитом начались раньше. Сейчас, как отмечал господин Асмолов, мощность блока уже снижена до 80% (то есть с 1 ГВт до 800 МВт), «чтобы дать возможность блоку проработать до появления замещающих мощностей».
Итого: за период с 2022 по 2030 гг. будет закрыт 21 энергоблок мощностью целых 13,042 ГВт. А вот с 2031 по 2040 гг. будет выведено всего 2 ГВт мощностей АЭС — это РБМК-1000, самый последний, и один ВВЭР-1000, самый первый.
Однако Россия собирается с успехом пройти этот сложный этап.
Во-первых:
мы подошли к данному периоду с новыми разработанными типами АЭС. Более мощными и со всё возрастающими показателями КИУМ. Коэффициент используемой установленной мощности – важнейший ориентир отдачи атомного котла, как и эффективности работы любых предприятий электроэнергетики. КУИМ равен отношению фактической энерговыработки реакторной установки за период эксплуатации t к энерговыработке при работе без остановок на номинальной мощности. К началу тысячелетия этот показатель у отечественных установок достигал 69,1%. К 2008 году он вырос в среднем до 79,5%, а у Балаковской АЭС в том же году – 89,29%, что выше среднемирового уровня.
Средний КИУМ АЭС в мире, данные EIA.
В 2009 году КИУМ на атомных станциях России увеличился на 0,7 процентных пункта — до 80,2%. — https://studopedia.ru/15_94428_chto-takoe-kium.html
В 2022 году — 81,6% http://www.myenergy.ru/fileadmin/f/russia/rosatom/YearReportREA2022.pdf .
Более свежих общих данных не нарыл, но думаю у нас тут всё в порядке, если та же Балаковская уже выдавала 95,5 % (при целевом ориентире 94,43 %) в 2022 году http://www.atomic-energy.ru/news/2022/12/28/71280 .
Во-вторых:
ударными темпами первых пятилеток строим всё это хозяйство, и с 2022 по 2030 гг. будет введено минимум 25,36 ГВт мощностей. Это почти столько же, сколько было построено за всё время в СССР/России и имелось в эксплуатации на конец 2022 года!

На графике видно, что к 2030 году большинство мощностей АЭС будут те, которые построены после 1991 года. Если точно, то из реакторов общей мощностью 32,324 ГВт только 7 ГВт останутся от тех реакторов, которые построены до 1991 года.
Минимум 45,6%-й рост не только от того, что энергоблоков, скорее всего, будет построено больше, но и потому, что КИУМ АЭС в России растёт. И именно, что «миниум». По соотношению количества строящихся за рубежом и возводимых дома станций хорошо видно, каков потенциал Газпрома и как он готов к взрывному росту нашего промышленного потенциала.
С 2030 года у Росатома и России ожидается «Золотой Век», связанный с массовым строительством прорывных АЭС ЗЯТЦ типа (Замкнутый ядерный топливный цикл) — БН и БРЕСТ. При этом закрытие старых АЭС никак не будет тянуть назад.
Что же это за зверь такой, ЗаЯТЦ? Одна урановая топливная таблетка дает столько же энергии, сколько и при сжигании железнодорожного состава с углем. Но и атомная энергетика (хотя и несравнимо меньшие, чем у нефтегазодобычи) имеет ресурсные ограничения. Современные водо-водяные энергетические реакторы на тепловых нейтронах (ВВЭР) работают на уране-235, а его в природном уране всего 0,7 процента. 99,3 процента — другой изотоп, уран-238. До сегодняшнего дня он был абсолютно бесполезен, и его накопленные запасы огромны. Если научить реакторы «питаться» ураном-238, топливной базы для атомной энергетики хватит на тысячелетие!
Но вот беда — в реакторах на тепловых нейтронах уран-238 не делится (т. е. не вырабатывает энергию), а, поглощая нейтрон, превращается в другой изотоп — плутоний-239. Решение было найдено. Ученые создали реакторные установки на быстрых нейтронах, или бридеры, которые работают уже на уран-плутониевом топливе. Причем, преобразуя уран-238 (помните, его очень много в природе), быстрые реакторы производят плутония даже больше, чем потребляют! Закинул в избе печку парой поленьев, согрелся на ночь. С утра открыл, а там уже три новых. Так складывается концепция замкнутого ядерного топливного цикла — «жжем» уран, который раньше считался отходами, и плутоний в реакторе, попутно получая новый плутоний. Круг замкнулся!
ЗЯТЦ не только расширяет топливную базу атомной энергетики, но и позволяет кратно сократить радиоактивные отходы, в том числе производимые обычными АЭС — из них просто делается новое топливо. Какие-то «хвосты» остаются, но они вполне укладываются в стратегическую логику современных атомщиков, которые стремятся к «радиационной эквивалентности»: сколько из земли «достали радиоактивности» с урановым сырьем, столько радиоактивности и «вернули» в нее с отходами.
Итак, Росатом решился на «Прорыв» — так назвали новый проект.
Почему же цикл до сих пор не замкнулся? В мире же создано несколько десятков исследовательских установок на быстрых нейтронах. Однако для разработки полноценного энергетического реактора нужно решить множество проблем: создать новые материалы, новые виды топлива, новые способы переработки отработавшего ядерного топлива (ОЯТ), обосновать безопасность… Нужно много денег и много усилий лучших умов, а за окном метёт планетарная вьюга (планетарная Зима — http://gor-kazenas.livejournal.com/16998.html). Опять же — урана-235 пока хватает, он намного дешевле нефти и газа… Никто в мире не решился. Никто, кроме российских атомщиков.
В 2022 г. Росатом инициировал работы по созданию новой технологической платформы атомной отрасли на основе быстрых реакторов и ЗЯТЦ. Идею поддержали на самом верху и уже годом позже многие работы объединили в росатомовском проекте «Прорыв». В его рамках предполагается, во-первых, создание проектов двух типов реакторных установок: коммерческого быстрого реактора с натриевым теплоносителем мощностью 1200 МВт (БН-1200) и опытно-демонстрационного со свинцовым теплоносителем мощностью 300 МВт (БРЕСТ-ОД-300). Во-вторых, предстоит создать совершенно новое топливо для них: СНУП (смешанное нитридное уран-плутониевое). Также атомщики должны создать технологии переработки отработавшего топлива (ОЯТ), решить, что делать с небольшим объемом отходов ЗЯТЦ, разработать программные коды нового поколения, необходимые для выполнения проектно-конструкторских работ и обоснования безопасности новой технологической платформы.
Проект «Прорыв» на полпути к реализации, и сделано уже много. Создана технология изготовления топливных сборок (ТВС) с совершенно новым нитридным уран-плутониевым топливом. Экспериментальные ТВС испытывают в экспериментальном реакторе БОР-60 в димитровградском «ГНЦ НИИАР» и в реакторе БН-600 (Белоярская АЭС). В Северске строится корпус завода по производству топлива и переработке ОЯТ.
Технические проекты обеих реакторных установок готовы, вносятся последние доработки с учетом требований Института экспертизы, созданного при проекте. Впереди — получение надзорных разрешений.
Как видите, «идём на вы» — это действительно прорыв, оставляющий далеко позади всю планету.
Само наличие атомной отрасли подталкивает страну к развитию самых прорывных технологий в десятке других отраслей: космос, медицина, IT, химия, материаловедение.

Сначала мы видим космос. Но причём тут он, подумают многие. А знаете ли вы, что в период с 1970 по 1988 год в СССР был осуществлен запуск 32 космических аппаратов с термоэлектрической ядерной энергоустановкой, а в период с 1960 по 1980 год разработан и прошел испытания на Семипалатинском полигоне ядерный ракетный двигатель?
После такого совсем не фантастикой звучит заявление Кириенко: «Энергоустановка с ядерным двигателем позволяет достигнуть Марса за один-полтора месяца, обеспечивая возможность маневрирования и ускорения. На обычном двигателе полет на Марс составил бы около полутора лет без возможности вернуться назад».
В планах «Росатома» уже в ближайшие годы изготовить опытный образец ядерной энергодвигательной установки мегаваттного класса, предназначенной для полетов в дальнем космосе. Работы по созданию транспортного энергетического модуля на основе такой установки начались в 2022 году, в 2022-м был выполнен технический проект.
Росатом, это конечно и оборонка. Правильнее было бы сказать – в первую очередь оборонка. Без неё мы сейчас так бодренько не рассуждали бы о наших мировых достижениях, а сидели бы в раздробленных аграрных княжествах. Уж в девяностые особенно, никто не стал бы без этого фактора заморачиваться ведением сложных гибридных войн – всё попробовали бы решить жёстче и проще.
Росатом это и единственный в мире атомный ледокольный флот, как дивизион госкорпорации. Самые мощные ледокольные суда в мире – проект 22220. В 2022 году был спущен на воду такой гигант – «Арктика» способный преодолевать ледяные поля толщиной до 3 м без потери мощности и хода. Таких универсальных судов, способных ходить и по рекам тоже, мы строим целый флот. Их техническая особенность позволяет при избавлении от водного балласта в специальных резервуарах, опускать ватерлинию и ходить по мелководью.
Начата разработка судна, способного преодолевать ледяные поля без ограничения по их толщине.
Не отстают и росатомовские айтишники. Еще лет 10 назад, на волне всеобщей компьютеризации, в городе Сарове посмотрели на все эти Windows, ехидно ухмыльнулись и засучили рукава. Уж где-где, а у владельцев Музея ядерного оружия операционная система могла быть только своя собственная, никак иначе. Эффективные менеджеры и креативные юристы хихикали, подтрунивали, а ядерщики просто работали – в Сарове шутки, если они касаются государственных тайн и безопасности, не понимали, не понимают, и не будут понимать. В 2022 году хихикать перестали. Совсем. А ФСТЭК (федеральная служба по техническому и экспортному контролю) выписала сертификат соответствия №3624 защищенной операционной системе «Синергия 1.0». Вот по бюрократически сухая фраза из описания функциональных характеристик:
«ОС на основе программного обеспечения с открытым исходным кодом имеет интегрированную комплексную систему защиты информации, что позволяет на ее основании создавать автоматизированные системы в защищенном исполнении, предназначенные для обработки информации, составляющей государственную тайну».

И есть сертификаты соответствия ФСТЭК на комплексную программу ТИС, обеспечивающую управление деятельностью предприятия, научно-производственной базой, основными средствами, трудовыми ресурсами, нематериальными активами, финансовыми ресурсами, материальными ресурсами, управление закупками и сбытом, бухгалтерским и налоговым учетом, экономическим управлением… Мы тут, пожалуй, остановимся – список возможностей программы занимает несколько страниц.
Теперь по поводу заявленной медицины, что могло вызвать некоторое недоумение. Ан нет, — есть такая партия. Существует рынок производства и потребления метастабильного изотопа 99mTc. В течение календарного года ядерная диагностическая медицина использует порядка 40’000 доз этого вещества для проведения процедур, причем процедуры эти дороги настолько, что их могут позволить себе системы здравоохранения только стран «золотого миллиарда».
Рынок потребления практически монополен: половина технеция уходит в США, 30 с лишним процентов — в страны ЕС, около 10% — в Японию, на долю остального мира приходится порядка 8%. При этом 85% изотопа 99Мо — исходного сырья для 99mTc — производятся всего на четырех исследовательских атомных реакторах, один из которых расположен в Канаде, еще три работают в Европе. При этом их возраст таков, что до 2022 все эти реакторы будут остановлены, в мире наступит кризис производства препарата, остро необходимого медикам.
На сегодняшний день Росатом смог выйти на производство почти 8% мирового объема 99Мо, используя свои собственные исследовательские реакторы. Но, вместо того, чтобы бороться традиционными способами и темпами за считанные единицы процентов или их доли, предприятие «Русатом растворные реакторы» на мартовской выставке NDExpo-2022, без лишней скромности, заявило о своей готовности произвести некую технологическую революцию. Такая революция производства 99Мо тщательно подготовлена и неизбежна, ни у одного из наших потенциальных конкурентов нет и намека на обладание технологией, способной хоть что-то противопоставить «Аргусу». Аргус — прозванный Паноптес, то есть всевидящий — в древнегреческой мифологии многоглазый великан; в переносном смысле — неусыпный страж.

Не смотрите на такую огромную иллюстрацию. Это поистине малыш, способный уместиться в шкафу, даже в крупной тумбочке. Не велик объем активной зоны «Аргуса», потому и все прочие размеры установки делают ее едва ли не «комнатной». Параллелепипед 1,5 х 1,5 х 1,3 метра — вот и все размеры установки. Корпус реактора окружен графитовым отражателем, за графитом идет бетон, зона радиоактивной безопасности заканчивается в 50 метрах от установки. Мало того, особенности протекающих в растворе физических процессоров такова, что реактор «глушит» сам себя при повышении температуры или давления выше пороговых значений, то есть никакой внештатный режим на «Аргусе» невозможен в принципе, реакция прекратится безо всякого вмешательства со стороны персонала. Автоматически регулируется и содержание водорода, что устраняет опасность его взрыва при соединении с атмосферным кислородом. Именно по этим причинам «Аргус» можно спокойно размещать посреди города. Самое интересное, что малыша разработали ещё в начале восьмидесятых для геологов. «Курчатовский» 99Мо был проверен на чистоту не только в России, но еще и в Бельгии как в стране, являющейся одним из его основных производителей, и в США, как в стране, являющейся основным потребителем конечного продукта – 99mTc. Констатировали факт — «наш» молибден не только соответствует их фармакологическим стандартам, но еще и превосходит «их» молибден по химической чистоте. Это уже, как часто говорят, просто медицинский факт, причем, в нашем случае, ядерно-медицинский.
Будет ли успех России полным, если на этом и остановиться? Конечно же, нет, ведь производство молибдена, хоть и очень важная часть ядерной медицины, но она – всего лишь «одна из». И наш Росатом не был бы Росатомом, если бы не стал готовить наступление по всем фронтам. Создание нового дивизиона «Русатом Хэлскеа» было явлено городу и миру в марте этого года на выставке NDExpo-2022.
Совсем рядом срок, после которого производство молибдена сократится в 6-7 раз и эта ниша будет наша. Но это далеко не всё. Ведь 35 миллионов долларов, в который она будет обходиться заказчику – это вовсе не 300-500 миллионов, такие расходы вполне по силам странам, не входящим в состав «золотого миллиарда». Рынок не будет расти в обычном темпе, шаг за шагом – он, простите, просто взорвется. Это и будет той технологической революцией в ядерной медицине, о которой Росатом не только говорит, а которую он тщательно, аккуратно готовит вот прямо сейчас, в режиме онлайн.
При нынешних ценах на молибден и технеций, «Аргус» окупает себя за 3-4 года, но и падение цены не страшит Росатом. Завод «Красная звезда», который сначала стал называться АО «Красная Звезда», а теперь «Русатом растворные реакторы» в настоящее время в тесном сотрудничестве и при научном руководстве Курчатовского института заканчивает разработку «Аргуса» нового поколения, тепловой мощностью 50кВт и с реактором, рассчитанным на 30 литров уранового раствора (на 7 литров больше).
Конечно, в таком небольшом обзоре, невозможно охватить почти необъятное. Осветить со всех сторон такого гиганта, как “Росатом” объединяющего более 270 предприятий и научных организаций, в числе которых все гражданские компании атомной отрасли России, предприятия ядерного оружейного комплекса и единственный в мире атомный ледокольный флот. Наш уже сжатый и сформированный кулак имеет лидирующее положение на мировом рынке ядерных технологий, занимает 1-е место в мире по количеству одновременно сооружаемых в мире АЭС за рубежом, 2-е место в мире по запасам урана и 3-е место в мире по объему добычи, а также 4-е место в мире по генерации атомной электроэнергии, обеспечивает 40% мирового рынка услуг по обогащению урана и 17% рынка ядерного топлива. Мы лишь вскользь коснулись наших прорывов в топливных сборках от
, но совсем не затронули, какие видятся перспективы по захвату этого рынка.
Не осветили масштабных начинаний госкорпорации в области возобновляемой энергии, особенно в ветряках. Да много чего.
Росатом с 2022 сдавал, и до 2020 года будет сдавать по одному блоку АЭС в год в России. С 2021 по 2030 гг. будет построено минимум 17 блоков АЭС. Или 1,7 блоков в год. В то же время уже сейчас вне самой России Росатом сдаёт по 4 блока в год. Значит, Росатом вполне может строить больше АЭС в России, чем за рубежом, если понадобится. А ведь понадобится, как пить дать понадобится.
Программное обеспечение. вершок и корешок
Так выглядит система мониторинга как раз этих шкафов.
Система верхнего уровня (после низовой автоматики) обеспечивает надежный сбор, обработку, доставку информации оператору и другим интересующимся службам. Она должна прежде всего решать главную задачу – в момент пиковых нагрузок уметь все разруливать, поэтому в режиме нормальной эксплуатации система может быть загружена на 5-10%.
Самый характерный пример – турбина. Она дает больше всего информации, и если начинает работать нестабильно, фактически случается DDoS, потому что вся информационная система забивается диагностической информацией с этой турбины. В случае, если QoS плохо отработает, могут возникнуть серьезные проблемы: оператор просто не увидит часть важной информации.
На самом деле все не так страшно. Оператор может проработать на физическом реактиметре 2 часа, но потерять при этом какое-то оборудование. Для того, чтобы этого не происходило, мы разрабатываем нашу новую программную платформу. Предыдущая версия сейчас обслуживает 15 энергоблоков, которые построены в России и за рубежом.
Программная платформа – это кроссплатформенная микросервисная архитектура, которая состоит из нескольких слоев:
- Слой данных –база данных реального времени. Она очень простая — что-то типа Key-value, но value может быть только double. Больше никаких объектов там не хранится, чтобы напрочь убрать возможность переполнения буфера, стека или чего-то еще.
- Отдельная база данных для хранения метаданных. Используем PostgreSQL и другие технологии, в принципе настраивается любая технология, потому что тут нет жесткого real time.
- Архивный слой. Это оперативный архив (примерно сутки) для обработки текущей информации и, например, отчетов.
- Долгосрочный архив.
- Аварийный архив – чёрный ящик, который будет использован, если произойдет авария и будет поврежден долгосрочный архив. В него записываются ключевые показатели, тревоги, факт квитирования тревог (квитирование означает, что оператор увидел тревогу и и что-то начинает делать).
- Логический слой, в котором находится язык выполнения сценариев. На нем основано вычислительное ядро, и после вычислительного ядра так же, как модуль, находится генератор отчетов. Ничего необычного: можно напечатать график, сделать запрос, посмотреть, как менялись параметры.
- Клиентский слой – узел, который позволяет разрабатывать клиентские сервисы на базе кода, содержит API.
Существует несколько вариантов клиентских узлов:
- Оптимизированный на запись. На нем разрабатываются драйвера устройств, но это не классический драйвер. Это программа, которая собирает информацию с контроллеров низовой автоматики, проводит предварительную обработку, парсит всю информацию и любые протоколы, по которым работает оборудование низовой автоматики, – OPC, HART, UART, Profibus.
- Оптимизированный на чтение – для построения пользовательских интерфейсов, обработчиков и всего, что идет дальше.
На основании этих узлов мы строим
облако
. Оно состоит из классических надежных серверов, которые управляются с помощью распространенных операционных систем. Мы используем в основном Linux, бывает QNX.
Облако нарезается на виртуальные машины, где-то запускаются контейнеры. В рамках контейнерной виртуализации запускаются различные типы узлов, которые по необходимости выполняют разные задачи. Например, можно раз в день запустить генератор отчетов, когда все необходимые отчетные материалы за день будут готовы, виртуальные машины будут выгружены, и система станет готова для решения других задач.
Свою систему мы назвали Вершок, а ядро системы Корешок – понятно, почему.

Имея достаточно мощные вычислительные ресурсы на шлюзовых контроллерах, мы подумали – а почему бы не использовать их мощности не только для предварительной обработки? Мы же можем превратить это облако и все пограничные узлы в туман, и нагружать эти мощности задачами, например, такими, как выявление погрешностей.
Иногда бывает так, что датчики приходится тарировать. Со временем показания плывут, мы знаем, по какому графику во времени они изменят свои показания, и вместо того, чтобы эти датчики менять, уточняем данные и делаем поправки – это называется тарировка датчиков.
Мы получили полноценную Fog-платформу. Да, она выполняет ограниченное количество задач в тумане, но мы будем потихонечку увеличивать их число и разгружать общее облако.
Кроме того, у нас есть вычислительное ядро. Мы подключаем язык сценариев, умеем работать с Lua, с Python (например, библиотекой PyPy), с JavaScript и TypeScript для решения задач с пользовательскими интерфейсами. Эти задачи мы можем одинаково хорошо выполнять как внутри облака, так и на граничных узлах.
Каждый микросервис может запускаться на процессоре абсолютно любого объема памяти и любой мощности. Просто он будет обрабатывать тот объём информации, который возможно на текущих мощностях. Но система одинаково работает абсолютно на любом узле. Она же подходит для размещения на простых IoT устройствах.
Сейчас в эту платформу попадает информация из нескольких подсистем: уровня физической защиты, системы контроля управлением доступом, информация с видеокамер, данные пожарной безопасности, АСУ ТП, IT-инфраструктуры, события информационной безопасности.


